Календарь

Журнал

Журнал

« Назад

О знакомых и незнакомых православных  29.04.2015 22:38

 

«Планета православия» — новая серия издательства «Никея». В ней вышли книги «Люди Греческой Церкви», «Люди Грузинской Церкви» и «Люди Сербской Церкви». Серия новая, однако ее структура уже знакома читателям по серии «Люди Церкви» (книги «Матушки» (автор — Ксения Лученко), «Монахи» (автор — Юлия Посашко), «Хранители веры» (автор — Ольга Гусакова)): в каждой из них — беседы с разными людьми.

300415-02В «Матушках» основной темой была жизнь жены священника, в «Монахах» — выбор монашеского пути, герои «Хранителей веры» рассказывали о том, как им удалось пережить советские богоборческие годы. Книги новой серии — о жизни людей, с одной стороны, для нас близких — православных христианах, а с другой — живущих в странах с иными церковными традициями. Познакомившись с ними, мы сможем чуть лучше их понять. А может быть, через понимание других лучше понять и себя. Главный редактор издательства «Никея» и одновременно автор книги «Люди Грузинской Церкви» Владимир Лучанинов рассказал нам о том, как создавались эти исследования.

 Владимир, как возникла идея этой серии книг?

— Идея принадлежит Николаю Брееву, директору и соучредителю издательства «Никея». Он часто бывает в Греции и после очередной поездки вернулся полный решимости, что нужно такую серию запускать. К тому же в нашем храме Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском появился новый клирик — священник Сергий Тишкун, который долго жил в Греции и служил там. Он получил образование в Греции, там же его рукоположили, он нес служение на разных приходах Афин. С одной стороны, это русский, который понимает актуальность всех наших вопросов, с другой стороны, это человек, который хорошо знает греческую традицию изнутри. Причем не только как прихожанин, но и как священнослужитель. Мы обратились к отцу Сергию, он откликнулся на нашу просьбу. Вообще, мне кажется, что очень важно говорить о Православии в других странах. Ведь мы зачастую воспринимаем его как что-то наше, родное, только нам присущее, русское что ли. Но когда вся широта Православия начинает раскрываться перед нами, мы видим, что Церковь действительно гораздо больше национальностей, менталитета и государственных устоев.

Церковь — это община людей, которые веруют во Христа, и она, безусловно, впитывает в себя все национальные особенности, но все же это не главное. Как замечательно сказала Ольга Клюкина, один из наших авторов, когда прочитала книгу «Люди Греческой Церкви», «мы все по-разному очень похожие». Это очень здорово, что мы все разные, но мы, словно ручейки, вливаемся в общую реку, которая ведет нас навстречу Христу. Вот эту похожесть и разность православных христиан мы и хотели показать.

— Почему был выбран формат интервью, а не очерков?

— Мы хотели отразить реальную жизнь людей, а именно в таком формате это получается лучше всего. Честные и открытые рассказы героев о себе позволяют составить представление о том, как живут сегодня православные в Сербии, Греции, Грузии. Мы видим какие-то общие черты, которые присущи и нам. Это узнавание и позволяет сделать вывод, насколько же мы похожи.

300415-01— Как выбирались герои для книг?

— Принцип достаточно простой. Мы хотели показать Церковь во всей ее полноте. Есть определенная проблема церковного сознания: зачастую, когда мы говорим о людях Церкви, мы представляем себе духовенство. А миряне — самое большое ее братство — остаются вне диалога. Мы в своих книгах стремились представить Церковь «в разрезе»: чтобы обязательно были митрополиты, епископы, монашествующие, священники и миряне. В книге «Люди Грузинской Церкви» есть даже политик. Для меня был очень важен вопрос: как можно, оставаясь верующим человеком, быть действительно влиятельным политиком? Есть в этой книге и замечательный грузинский режиссер Леван Когуашвили — глубоко верующий человек, творческий и интересный. А есть и простые прихожане, которые, не являясь какими-то могущественными фигурами мира сего, тем не менее, несут свой подвиг веры через всю жизнь.

В книге «Люди Сербской Церкви» Светланы Луганской больше духовенства. Но зато какое это духовенство! Патриарх Сербский Ириней, митрополит Черногорский и Приморский Амфилохий, архимандрит Йован — послушник владыки Николая Сербского. И одновременно с этими известными нам именами — батюшка, служащий в храме при кладбище, который строился по большей части для отпеваний и панихид…

— Владимир, нельзя сказать, что мы совсем ничего не знаем о жизни православных христиан в Европе. Существует достаточно большое количество житий, биографий, духовных бесед греческих и сербских отцов, много издано и о грузинских подвижниках. Чем ваши книги дополнили это наследие?

— Это так, однако, несмотря на колоссальную пользу и ценность, которая заключается в этих беседах, в них зачастую не хватает контекста: не всегда понимаешь, в какой ситуации произносятся слова, в какой обстановке. А это серьезное упущение. Как мы все знаем, зачастую слово, вырванное из контекста, не просто теряет актуальность, но и принимает противоположное значение. Многие вещи, которые духовно полезны и важны в Греции, в Сербии или в Грузии, совершенно не актуальны и даже могут быть вредны в российских реалиях. Наши книги позволяют составить представление о духовных процессах, которые протекают в той или иной стране в историческом контексте.

300415-03Еще хотел бы отметить такой момент: все мы, соприкасаясь с хотя бы небольшим опытом церковной жизни в других поместных Церквях, ощущаем контраст — какую-то болезненную нехватку радости, которая присуща нашей церковной жизни. Для меня самого это большой вопрос: почему в наших приходах столько скорбящих людей? Приходишь на богослужение, думаешь: мы пришли к Богу, мы вместе, мы радуемся, мы молимся в воскресный день. Почему же все в печали? Такое впечатление, что еще немного — и все рухнут на колени и будут рыдать… Я долго над этим феноменом русской церковной жизни размышлял. Может, нам не хватает солнца, тогда как в Греции и Грузии его в избытке? Но нет, все не так однозначно. Например, в той же Грузии есть регионы, где солнца бывает не больше, чем в Москве. В Хевсурети достаточно тяжелый климат. К тому же этот регион находится по соседству с Чечней и Дагестаном, и похищение людей там — повседневное явление. Несмотря на это, простота, радость о Боге, естественные человеческие отношения — все это у них ощущается ярче. А ведь в Грузии был такой же надлом церковной жизни, как у нас, те же годы безбожия в советский период. В Сербии тоже был похожий опыт. В Греции сейчас в церковной жизни все безумно сложно, в Грузии — очень сложно, в Сербии — вовсе невыносимо. Если сравнивать особенности жизни и служения людей, то понимаешь, что в России сейчас гораздо проще, благополучнее. Тем не менее, почему-то мы самые грустные. Почему так? Я не смог себе ответить на этот вопрос. Но мы попробовали в своих книгах передать русскому читателю эту радость сербов, грузин, греков.

 

* * *

Получилось ли передать радость? Об этом лучше судить читателям лично. Но вот что точно удалось — это описать особенности каждого народа. Все герои книги о Сербской Церкви непременно говорят о своих связях с нашей страной. У кого-то жена русская, кто-то учился у русского духовенства… А в Греции почти все верующие занимаются социальным служением. Там сейчас такое отношение к решению проблем ближнего — надо помогать всем миром. В книге «Люди Грузинской Церкви» прочитывается удивительнейшая общинность этой страны. Кажется, они все друг другу родственники или, по крайней мере, хорошие знакомые.

Они разные. И похожие. Интересные. Может быть, не все беседы можно назвать удачными. Скорее всего, не каждая из них будет одинаково близка читателю. Но в этом-то и весь интерес — знакомиться с разными людьми и искать точки соприкосновения. А вдруг найдем?

 

Газета «Православная вера» № 8 (532)
Ирина Кислина